Михаил Кобзарёв (itsitizen) wrote,
Михаил Кобзарёв
itsitizen

Categories:

Продолжение, про Чернышевского и его "критика" Сирожу Вильянова

Первая часть здесь.

Ниже следующий пост содержит прелюбопытнейшую информацию из первоисточников для страдателей по РКМП и "французской булке".
Ну и "смачный" пинок Сироже под филейную часть, за его наглую ложь о писателе и очень достойном человеке Чернышевском Николае Гавриловиче.


Оригинал взят у remi_meisner в "Очень посредственный писатель рукой" - 2
Сегодня мы снова поговорим о Чернышевском.

Плеханов писал об этом выдающемся писателе и мыслителе: "Ни разу ни один из реакционеров даже не попытался опровергнуть хотя бы некоторую часть его учений. Отчего же это? Оттого ли, что у них не было охоты спорить с ним? Как бы не так! Им очень хотелось бы опровергнуть его, но на беду свою они умели лишь писать пошлости".

Георгий Валентинович, у нас есть отличное подтверждление твоим словам! Отвратительный текст о Чернышевском, состоящий из пошлостей чуть менее, чем полностью. Текст этот, напомню, напейсал Сирожа Вильянов - совеременный реакционер, воинствующий невежда, пошляк, широко известный в узких кругах обзорщик компьютерного софта ртом.


В прошлый раз мы остановились на утверждении Сирожи, будто Чернышевский предлагал свою жену друзьям и знакомым. То есть сам Сирожа пишет об этом гораздо более развязно и цинично:

"Любимец Владимира Ильича регулярно предлагал друзьям и знакомым оприходовать свою жену".

Регулярно предлагал, сцуко. Это, интересно, что значит? Каждый вечер? Или по три раза в неделю? Скажи нам, Сирожа, сколько раз в неделю Чернышевский предлагал "друзьям и знакомым" женщину, о которой писал в своём дневнике: "Несмотря на то, что ревность решительно не в моем характере, я чувствую, что ревную ее, хотя без всякой причины конечно, т.-е. не то, что ревную, а мне завидно, мне жаль, если она хоть частичку своей мысли обратит с любовью на другого"? Единственную женщину в своей жизни? Женщину, из-за которой завёл отдельный дневник - "Дневник моих отношений с тою, которая теперь составляет моё счастье"?

Как часто Чернышевский звал своих знакомых эту женщину "оприходовать"? И поясни заодно, что это были за знакомые? Некрасов? Костомаров? Достоевский? Добролюбов? Всё-таки животное ты, Сирожа. Ей-богу, не хотел так браниться, но ты просто-таки не оставил другого выбора рецензенту! Так что вот тебе, Сирожа, руководство к действию:

Ну ладно, оставим ругань и вернёмся к обзору сирожиных врак. Сироже Чернышевский не нравится, потому Сирожа над Чернышевским отчаянно глумится. А нам, сознательным и идейным великорусским пролетариям, нравится Чернышевский, зато не нравится Сирожа, поэтому мы будем глумиться над Сирожей. Тем более, что поводов для глумления Сирожа даёт предостаточно.

Также Чернышевский считал себя крутым англофилом, и старательно учил английский язык, чтобы читать любимых авторов в оригинале. И думал, что выучил в совершенстве. Но однажды автора занесло в Лондон — извиняться перед знаменитым диссидентом того времени Герценом за какую-то чушь, опубликованную в журнале «Колокол».

Так, стопЭ, стопЭ... Чернышевский извинялся перед Герценом за "чушь", опубликованную в "Колоколе" - журнале Герцена? Чё за шиза? У меня есть версия, откуда эта дурка взялась. Дело в том, что Сирожа - безграмотный халтурщик, который о жизни и творчестве Чернышевского ни овоща не знает. Когда Сирожа готовил свой мерзкий пасквиль, он прочитал в Википедии, что Чернышевский "ездил в Лондон к Герцену для объяснения по поводу статьи «Very dangerous!» («Очень опасно!»), напечатанной в «Колоколе»". Искать статью, выяснять, кто был её автором, изучать обстоятельства ссоры Герцена с Чернышевским Сироже было лениво, потому он написал то, что написал. В реальности дело было так: Герцен написал оскорбительную статью о руководстве журнала "Современник" - за то, что журнал нападал на многих видных "оппозиционеров" того времени - ведь не все оппозиционеры одинаково полезны, сегодня мы отлично это понимаем ) . И Чернышевский ездил в Англию не извиняться, а требовать извинений. Но - какая мегаисторику Сироже Вильянову разница? Ну, подумаешь - не в лотерею, а в преферанс, не "Волгу", а сто рублей, не выиграл, а проиграл. Сирожа делал ролик для своих единомышленников (то есть для ушлёпков, которые историю родной страны не знают и знать не хотят), а это ребята не слишком привередливые - сожрут и так.

По прибытию в свободную Британию Чернышевский принялся разговаривать с аборигенами на чистейшем английском, но тут вдруг выяснилось, что аборигены его не понимают. Вообще. Как показало дальнейшее разбирательство, английский был выучен Чернышевским по книгам и словарям. И будучи глубоко уверенным в своих знаниях, он ни разу не попробовал проверить их в беседе с каким-нибудь англичанином, коих в Петербурге, в общем-то, хватало. Этот характерный штрих многое говорит о личности и уровне знаний революционера-демократа.

Чернышевский читал в подлиннике Локка, Гоббса, Юма, Смита, Милля, переводил на русский романы Диккенса, а вот разговорный английский у Николая Гавриловича был слабоват (допустим, что тут Сирожа не соврал и не высосал  весь этот эпизод из грязного пальца - понимаю, что такое представить сложно, но мы вообразим, будто раньше Сирожу не знали). И что же такой вот "штрих" расскажет нам о личности революционера-демократа? Сам Сирожа, к примеру, на родном языке толком писать не может ("в масштабах русскоязычного пространства" - это платиновый фонд цитат, гы-гы-гы!!!))))), хотя говорит весьма бойко. Подобные проблемы бывают у многих людей, изучающих иностранные языки. Дмитрий Юрьевич Пучков, на сайте которого Вильянов свой высер разместил, говорил, емнип, что и у него похожая проблема с разговорным английским. Что наличие такой проблемы говорит о личности Гоблина? А, Сирожа? Кстате, сам-то Сирожа, на скольких языках может философские трактаты читать? ;))) Минимум на трёх, даже не сомневаюсь.

Далее Сирожа совершает огромную ошибку. Говоря о распущенности Чернышевского или о неудачной попытке Николая Гавриловича поговорить с англичанами на аглицком, Сирожа ни на какие источники не ссылается. Предполагается, что мы будем верить этому симпатичному молодому человеку на слово. А тут - "прокол разведчика". Сирожа сослался на конкретное произведение Чернышевского.

В 1861 году из-под пера автора вышла прокламация «Барским крестьянам от их доброжелателей поклон», где содержатся оскорбления в адрес царя Александра II и его реформ, а также яростная чушь о том, как все замечательно на Западе. В конце Чернышевский предлагает копить силы и ждать его сигнала на начало народного восстания.

Зачем ты так, Сирожа? Ведь прокламацию "Барским крестьянам от их доброжелателей поклон" легко найти в сети! И можно запросто убедиться - никаких "оскорблений в адрес царя Александра II" в прокламации нет. Личность царя Чернышевский вообще не трогает. Единственное оценочное суждение по поводу монарха: "Сам-то он кто такой, коли не тот же помещик? Удельные-то крестьяне чьи же? Ведь они его крестьяне крепостные. Да и вас-то в  крепостные помещикам все цари же отдали, иных давно, так что вам уж и не памятно; а других не больно давно, так что деды помнят, прабабка нонешнего царя Екатерина отдала в крепостные из вольных. А есть еще такие неразумные, что ее матушкою Екатериною величают. Хороша матушка, детей в кабалу отдала. Вы у помещиков крепостные, а помещики у царя слуги, он над ними помещик. Значит, что он, что они - все одно. А сами знаете, собака собаку не ест. Ну, царь и держит барскую сторону". И - где тут оскорбления? Где тут хоть слово лжи? Касаемо же реформ - да, Чернышевскому не нравились планы правящего класса ограбить "освобождаемых" крестьян до нитки. Николай Гаврилович хорошо понимал смысл и суть царской "милости". Он понимал, к чему приведёт отмена крепостного права "по-царски". И пытался объяснить понятое своим тёмным, неграмотным соотечественникам, многие из которых искренне полагали, что гром гремит от того, что Илья-Пророк по небу в огненной колеснице едет.

Не скоро же воли вы дождетесь, - малые мальчики до бороды аль и до седых волос дожить успеют, покуда воля-то прийдет по тем порядкам, какие царь заводит. Ну, а покуда она прийдет, что с вашей землею будет? А вот что с нею будет. Когда отмежевывать станут, обрезывать ее велено против того, что у вас прежде  было,  в  иных  селах  четвертую  долю  отрежут  из прежнего, в иных третью, а в иных и целую  половину, а то и больше, как придется где. Это еще без плутовства от помещиков, да без потачки им от межевщиков, - по самому царскому указу. А без потачки помещикам межевщики делать не станут, ведь им за то помещики станут деньги давать; оно и выйдет, что они оставят вам земли меньше, чем наполовину против прежней: где было на тягло по две десятины в поле, оставят меньше одной десятины. И за одну десятину, либо меньше, мужик справляй барщину почти что такую же, как прежде за две десятины, либо оброк  плати почти такой же, как прежде за две десятины. Ну, а как мужику обойтись половиной земли? Значит, должен будет прийти к барину просить: дай, дескать, землицы побольше, больно мало мне под хлеб по царскому указу оставили. А помещик скажет: мне за нее прибавочную барщину справляй, либо прибавочный оброк  давай. Да и заломит с мужика, сколько хочет. А мужику уйти от него нельзя, а прокормиться с одной земли, какая оставлена ему по отмежевке, тоже нельзя. Ну, мужик на все и будет согласен, чего барин потребует. Вот оно и выйдет, что нагрузит на него барин барщину больше нонешней, либо оброк тяжеле нонешнего. Да за одну ли пашню надбавка будет? Нет, ты барину и за луга подавай, ведь сенокос-то, почитай что весь отнимут у мужика по царскому указу. И за лес барин с мужика возьмет, ведь лес-то, почитай, что во всех селах отнимут: сказано в указе, что лес барское добро, а мужик и валежнику подобрать не смей, коли барину за то не заплатит. Где в речке или в озере рыбу ловили, и за то барин станет брать. Да за все, чего ты ни коснись, за все станет с мужика барин либо к барщине, либо к оброку надбавки требовать. Все до последней нитки будет барин драть с мужика. Просто сказать, всех в  нищие поворотят помещики по царскому указу.

Вот так негодяй Чернышевский оболгал и оскорбил царя, замышлявшего дать крестьянам Волю, ага. Что же, сравним мрачные "пророчества" Чернышевского с тем, как крестьяне РКМП сами описывали свою жизнь через полвека после замечательных реформ "царя-освободителя". Снимаем с полки сборник документов "Приговоры и наказы крестьян центральной части России 1905-1907 гг". И сравниваем.

Крестьяне пишут:

Крестьянин не имеет ни должного количества пахотной земли, ни бревешка леса, а тем более пастбищ для скота.
Кругом нас находится несколько сот десятин владельческих земель, но эти земли не только не облегчают жизнь крестьянина, а часто разо­ряют его штрафами за случайно забредший скот или другие неизбежные проступки.
Заявление крестьян 2-го Бело-городского общества Балахнинского уезда Нижегородской губернии в Совет министров.

Высочайшей Волею Святого Благодетеля Нашего Царя Освободителя, Александра II на нашей Св. Руси было отменено крепостное право. С отмены крепостного права земля помещиков-землевладельцев в аренду сдавалась по 5-6 руб., луг — по 3-4 руб. за десятину. Но с каждым годом цена земли и лугов землевладельцами увеличивалась и теперь — в пять раз большая. С каждым годом землю нашу, по сие время не известно для нас на каких законных основаниях землевладельцы уменьшали, выбирая и отрезывая самый удобный участок земли, леса, или луга, оставляя нам негодную часть и, вместе с тем, этими же отрезками лишая нас места для пастьбы скота, удобства в снабжении водой, в прогоне скота на пастьбу и много других препятствий, первых трех самых для нас необходимых, и главных для сельского обихода.
Прошение крестьян с. Кокина и деревень Бабинки, Скрябине и Нижней Слободы Трубчевского уезда Орловской губернии Николаю II.

Нас стеснили на­ши помещики. Старая барщина снова вернулась к нам. За один обрез в 100 десятин (пустое место), который мы берем в аренду у нашего помещика для подножного для скота корма, мы должны вспахать, посе­ять, убрать 11 десятин ярового поля, 11 десятин парового и 16 десятин выкосить и высушить сена. И все это должны мы делать тогда, когда он прикажет, т. е. в самое лучшее время. Прямые и косвенные налоги — все это вымотало из нас последние силы. Нас в селе 235 человек, а десятин земли в данное время мы имеем 275, как с них кормиться?
Государь, мы находимся в крепостничестве, наше сельское общество не имеет самостоятельности. Земский начальник распоряжается нами, как распоряжался помещик до 61-го года; земская управа служит для нас, а нас туда не пускают; для нас существуют особые законы, которые приравнивают нас к скотине.
Прошение крестьян д. Острова Лужского уезда Петербургской губернии Николаю II.

Землю для пахоты, леса для пастбища и луга нам приходится арендовать у ближайшего к нам помещика на очень тяжелых для нас условиях, причем дело арендования, помимо того, что мы платим такую цену, какую захочет назначить сам помещик, не обходится без унижений и поклонов пред помещиком, так как без земли мы жить не можем. Мы работаем изо дня в день круглый год, но наше благосостояние не только не увеличивается, но, напротив, с каждым годом вое больше и больше падает, потому что земля, которую мы арендуем, выродилась и дает нам все меньше и меньше урожая. Мы из сил выбиваемся в работе, но прокормить себя и семью не можем. Для нас крепостное право уничтожено только на словах, на деле же гнет его мы чувствуем во всей его силе. Как и в крепостное время, мы принуждены работать на помещика, с тем только различием, что тогда работали просто на помещика, теперь же за аренду и за право пасти скот в его лесах. Например, можем указать на то, что мы каждое лето всем обществом' вынуждены скосить помещику по праздникам 100 десятин хлеба за право пасти скот в его перелесках.
Прошение крестьян 1-го Ладыженского общества с. Дубского Княгининского уезда Нижегородской губернии министру внутренних дел.

И т.д., и т.п. - со всех губерний и волостей. Ну, Сирожа? В каком месте Чернышевский ошибся? Там, где про Запад писал? Ну, во-первых, в прокламации не говорится, что на Западе "всё хорошо". Наоборот, рассказывается, что капиталистический строй, преобладающий в странах Европы, трудящимся никаких особых коврижек не несёт: "Есть такие поганые земли, где уж и давно заведен этот порядок, вот вы послушайте, как там мужики живут. У вас ноне избы плохи, а там и таких нет: в землянках живут да в хлевах; а то в сараях больших, в одном сарае семей десяток набито, все равно как там табун скота какого. Да и хлеба чистого не едят, а дрянь всякую, как у нас в голодные годы, а у них вечно так" (Диккенса наш Николай Гаврилович не зря читал). Однако, есть на Западе и кое-что хорошее: "Вот у французов есть воля, у них нет розницы: сам ли человек землю пашет, других ли нанимает свою землю пахать; много у него земли - значит, богат он, мало - так беден, а розницы по званью нет никакой, все одно как богатый помещик, либо бедный помещик, - все одно помещик. Надо всеми одно начальство, суд для всех один и наказание всем одно". Что, разве неправда? А в РИ и через 50 лет после отмены крепостного права крестьяне жаловались: "До сих пор смотрят на нас, как на ребят, приставляют к нам нянек, и законы-то для нас особые; а ведь все мы члены одного и того же государства, как и другие сословия, к чему же для нас особое положение? Было бы гораздо справедливее, если бы законы были одинаковы, как для купцов, дворян, так и для крестьян; равным образом и суд был бы одинаков для всех". Как-то так.
Есть, правда, в прокламации и наивные места. Типа вот этого: "Чтобы судья деньги с кого брал, у них это и не слыхано. Они и верить не могут, когда слышут, что у нас судьи деньги берут. Да у них такой судья одного дня не просидел бы на месте, в ту же минуту в острог его запрятали бы", - тут Николай Гаврилович действительно идеализирует буржуазную демократию сверх меры. Но подобных пассажей в прокламации - всего парочка. В остальном работа "Барским крестьянам от их доброжелателей поклон" - настоящий шедевр, образец исключительно грамотной аналитики, изложенной замечательно ясным и красивым "популярным" языком. За эту прокламацию Чернышевский поплатился свободой. Чему наш Сирожа очень рад.

До крестьян, правда, шедевр так и не дошел. Чернышевский понес его в нелегальную типографию, которую — сюрприз, сюрприз! — держал сотрудник полиции. После чего автора приняли, лишили дворянства и отправили на каторгу.

Тут опять - "не в лотерею, а в преферанс" и далее по тексту. Всеволод Костомаров, вломивший царским сатрапам Чернышевского, сотрудником полиции не был, он был революционером, подельником Николая Гавриловича. Там была обыкновенная история - приняли человека мусора, надавили, он испугался большого срока и запаровозил своих подельников, потому и попал в оконцовке не на каторгу, а в солдаты. Если бы Сирожа Вильянов хоть чуть-чуть интересовался бы биографией мыслителя, которого собрался оболгать и оклеветать - он бы об этом знал.

В заключении автор настрочил безумное количество текстов, но популярным стал только первый — упоминавшийся уже роман «Что делать?». Все остальное было слишком унылым даже для революционной молодежи, особым умом и вкусом не отличавшейся.

"Что делать?" - единственный роман Чернышевского. Николай Гаврилович начинал ещё два художественных произведения, но так их и не закончил. Так что "безумное количество текстов" - это работы по философии, экономике, этике, литературе. Может, кто-то и считал сочинения Чернышевского "унылыми", но точно известно, что кое-кто специально учил русский язык, чтобы эти сочинения прочитать. Маркс пишет: "С начала 1870 г. мне самому пришлось заняться русским языком, на котором я теперь читаю довольно бегло. Это вызвано тем, что мне прислали из Петербурга представляющее весьма значительный интерес сочинение Флеровского о «Положении рабочего класса (в особенности крестьян) в России» и что я хотел познакомиться также с экономическими (превосходными) работами Чернышевского". Хотя наверняка Сирожа Вильянов скажет, что и у Маркса ни ума, ни вкуса не было. Оно понятно - Маркс же не носил футболочку с портретом Путина, о каком вкусе может идти речь? )))
Несколько лет Чернышевский провел в Сибири, потом в Вилюйске, в 1883-м переведен в Астрахань. И, наконец, в 1889-м Чернышевский вернулся в Саратов, где умер через четыре месяца от инсульта. В отчий дом он зашел только несколько раз в качестве гостя, потому что его давно сдавали другим людям. Не очень понятно — за что в итоге боролся земляк.

"Несколько лет" - это с 1862-го года. Почти тридцать лет по тюрьмам, каторгам и ссылкам. Но это - так, херня. Сирожа, уверен, такой срок легко отстоял бы на одной ноге. Говорить не о чем. Да, "повезло" бедолажному Николаю Гавриловичу с земляком Вильяновым. Нечего сказать. И вот как же объяснить нашему Сироже, "за что боролся" Чернышевский? Вероятно, никак. Сирожа не любит революционеров. У него другие любимые политические деятели, которые много мудрее, полезнее и прогрессивнее Чернышевского.

Откуда вообще берутся такие вот "оценки" деятельности великого писателя, философа и революционера? Об этом можно прочитать у Ленина. Вот продолжение цитаты, с которой я начал первый пост о Вильянове и Чернышевском: "Возьмем хотя бы Чернышевского, оценим его деятельность. Как ее может оценить человек, совершенно невежественный и темный? Он, вероятно, скажет: «Ну, что же, разбил человек себе жизнь, попал в Сибирь, ничего не добился». Вот вам образец. Если мы подобный отзыв услышим неизвестно от кого, то мы скажем: «В лучшем случае он исходит от человека безнадежно темного, невиновного, может быть, в том, что он так забит, что не может понять значения деятельности отдельного революционера в связи с общей цепью революционных событий; либо этот отзыв исходит от мерзавца, сторонника реакции, который сознательно хочет отпугнуть трудящихся от революции»". Стало быть, для оценки деятельности г-на Вильянова у нас есть два варианта: либо Сирожа безнадёжно тёмный человек, либо он - мерзавец. И если Сирожа не мерзавец, то, я считаю, его святая обязанность - написать опровержение своей собственной безграмотной статейки и извиниться перед почитателями творчества Николая Гавриловича Чернышевского. Посмотрим, какой путь выберет Сирожа.

На этом пока - стоп. В следующий раз, товарищи, мы поговорим о великом романе Чернышевского "Что делать?" О романе, само название которого стало культовым "мемом". Рот фронт, товарищи!
Tags: Исторические мифы и реальность
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments